Листая страницы архивных альбомов...
Их лица, подвиги, имена – БЕССМЕРТНЫ
Огневые годы комсомольские
Память о первом дне войны у всех людей разная. Война пришла в июне 1941 года. Хлопнула, как выстрелила, дверью, замедлила бег ребенка, оборвала песню. Война замаячила зелеными пилотками и вещмешками на вокзалах. Батальоны седых матерей взмахивали руками, прощаясь с мальчишками и девчонками...
Мой рассказ об усольских девушках, ставших в первые месяцы воины солдатками. Вчерашние школьницы надели серые шинели, стали в строй. Как это было?
Теперь уже не многие знают, что заместителя председателя заводского комитета химкомбината Надежду Николаевну Струлькову звали когда-то просто Надя Кудисова. Она вспоминает те далекие годы своей боевой молодости:
- Вызвали в горком комсомола в августе 1941-го. Пришла. Молодежи около горкома много собралось. Взволнованные все. Потом сборы были, прощание. В субботу вызвали, а во вторник уже уезжали. Рано уходил поезд, в пять утра.
Уезжали вчерашние школьники Клава Зайченко, Тамара Шаповалова, Оля Кульгавая, Агния Панасенко, Катя Абакуменко, Зоя Кравец... Уходили в армию мальчишки братья Константин и Леонид Киселевы, Миша Ремезов, Саша Смарыгин, Саша Столяров. Всего шестьсот человек отдала армии в тот день усольская городская комсомольская организация.
Иркутск встретил молодых усольчан строгостью, военной подтянутостью. Тот, кто хорошо помнит то суровое время, не забыл, как сразу круто изменился ритм нашей жизни, ритм городов. Поистине вся страна оделась в шинель и стала солдатом.
Поместили комсомольцев в красных казармах. Несколько дней ожидания показались вечностью. Наконец-то: «Выходи строиться!». Шли на вокзал походной колонной под мелким моросящим дождем. Пели песню о тех, кто уходил по приказу «на запад и в другую сторону».
- Никогда мне не забыть этого вечера, - с волнением говорит Надежда Николаевна Струлькова. - Идем мы, а старушка какая-то спрашивает: «Куда вы, дети мои?». «На фронт, бабуся!». Перекрестила она нас всех и шепчет: «Да спаси вас бог...»
Долго молчали, не в силах сдержать слез. Но это не слезы печали и грусти, просто память поставила зарубку, вешку, и она не зарастает.
Привезли комсомольцев в Читу, всех зачислили на курсы радистов. А восьмого ноября 1941 года принимали молодые усольчане военную присягу.
Отсюда, из Читы, провожали на фронт парней. С музыкой, песнями, наказами провожали. Но все чаще в тревоге сжималось сердце: «А почему же нас не берут?». И тогда насмелились усольчанки - подали рапорт командующему. Просились на фронт, клялись, что не струсят и не подведут.
- Что же ответили вам, Надежда Николаевна?
- Ответили по-военному. Сказали, что гордятся нами, но что мы и здесь очень нужны.
Всю войну отслужили усольские девчата в армии. Надежда Николаевна закончила службу в офицерском звании. В год победы возвращалась она домой, теперь уже классный специалист, коммунист.
- Расскажите, а где теперь ваши сослуживцы?
- Братья Киселевы работали на химкомбинате. Клава Зайченко теперь Клавдия Ильинична Лоскутова – юрист. В Усолье живет и работает Агния Андреевна Масько, бывшая в сорок первом членом бюро ГК ВЛКСМ. Катя Абакуменко преподает в Иркутске, Тамара Петровна Шаповалова в Ташкенте.
- О встрече не мечтаете?
-Ох, хорошо бы…
М. Белая.
Газета «Ленинский путь», выпуск от 23 февраля 1971 года, №37 (5754)
На снимке: усольчанки (слева направо в нижнем ряду) Клава Зайченко, Надя Кудисова, Тамара Шаповалова, комсомолки сороковых.
Опубликовано: 30.04.2025
1Листая страницы архивных альбомов...
Их лица, подвиги, имена - БЕССМЕРТНЫ
У Днепровки воин на граните
Устремлен в грядущие века.
Не забудьте, в сердце сохраните
Образ земляка - сибиряка.
Усольчанин Николай Снегирев уходил на войну с улицы Горького, дом 6, г. Усолье-Сибирское. Прощаясь с родными, сказал: «Не печальтесь. Скоро вернусь с победой». И старый паровоз, останавливаясь на станциях и полустанках, повез его на Запад, к линии фронта.
Фронтовые пути-дороги тернисты и непредсказуемы. Осенью 1943 года по запорожским степям шагал гвардии ефрейтор Снегирев, направляясь к Днепру. На одном из коротких перевалов он писал своим родным: «Здравствуйте, дорогие мои!» Как вы там? А я вот жив и здоров, того и вам желаю. И победа наша уже совсем близка. Ведь мы гоним врага супостата с украинской земли. Кончим войну – и я сразу приду домой. Ждите. А пока передавайте мой фронтовой привет всем знакомым. Что нового дома? Пишите – жду. Обнимаю и целую Ваш Николай. Мой адрес – полевая почта № 95930».
Короткий отдых закончился, и снова вперед, снова в бой. Та осень в здешних местах выдалась на редкость слякотной. От частых дождей дороги и поля с украинским черноземом превратились в болото. Грязь по колено, пудовыми гирями она налипала на сапоги бойцов. Шинели промокли то ли от дождя, то ли от пота.
В такую вот погоду на рассвете 29 октября части 3-й гвардейской армии генерал-лейтенант Д. Лемошенко вышли на подступы к Великой Белозерке. До войны это был районный центр, в котором проживало около 12 тысяч человек.
Сигнал к наступлению дали десятки орудий, обрушившие свою мощь на неприятельские позиции. Взрывы поднимали в небо тонны земли. Кругом все гудело, дрожало, стонало, гремело и дымило. Вступили в дело танки, самолеты, «катюши», в атаку рванулись гвардейцы. А из уцелевших вражеских траншей, из окон хат и чердаков шквал автоматного и пулеметного огня. Но он не может остановить наступающих гвардейцев. Великая Белозерка освобождена.
Надо продвигаться вперед, но наступление застопорилось. За неделю боев продвинулись всего на семь километров. Наш земляк и его боевые друзья стали рыть окопы посреди кукурузного поля. Вся армия зарывалась в землю – впереди был Никопольский плацдарм, удерживаемый 6-й немецкой армией генерала Шернера. Некополь с его марганцевыми рудниками для врага значил очень много. Ведь без марганца нет стали высокой прочности, а значит, и нет брони. Гитлеровцы эшелон за эшелоном отправляли в Германию марганцевую руду, и Никополь были готовы удерживать любой ценой. Его обороняли 12 дивизий, сотни самолётов, танков, самоходных орудий. Фашисты выкопали три ряда траншей и окопов, впереди – проволочные заграждения, минные поля.
Бои приняли затяжной характер. Но от этого они не стали менее ожесточенными и кровопролитными. Наши бойцы метр за метром продвигались вперед. И вдруг. Рядом с Николаем прогремел взрыв. Град осколков вражеской мины оказался для него смертельным. Случилось это 21 ноября 1943 года. Так, освобождая украинскую землю от фашисткой чумы, ушел в бессмертие усольчанин Николай Васильевич Снегирев.
Никопольский плацдарм перестал существовать лишь в феврале 1944-го. Свершилось это дорогой ценой. Только в Каменск-Днепровском районе находится 39 братских могил. На этой земле остались навечно свыше десяти тысяч советских солдат и офицеров, в их числе и наш земляк.
На месте пустырей, где шли жестокие схватки с гитлеровцами, выросло красивое село Заповитное. В 2,5 километра восточнее его находится огромная братская могила-мемориал. На гранитном постаменте - скульптура воина, а рядом в обрамлении деревьев, цветов, стоят как солдаты в строю, плиты на которых золотыми буквами сверкают имена 1150 погибших героев. Здесь покоится и отважный ефрейтор, гвардеец Николай Васильевич Снегирев. Люди склоняют головы перед светлой памятью освободителей нашей любимой Родины, возлагают цветы. Память о них сохранится в веках.
Ф.Р-24, Оп.1, Д.215, Л.80.
Опубликовано: 28.04.2025
1Листая страницы архивных альбомов....
Их лица, подвиги, имена – БЕССМЕРТНЫ
Полевая почта 04614 И.
Письмо землякам села Буреть
Дата публикации: 24.04.2025
1